03 Ноя

Демоны Запада: Кора в стране кошмаров

/Статья по мотивам беседы с королевой Кордэтт аэла Маррав. Для полноты картины очень советую сначала прочесть этот материал: https://maelinhon.org/kratkaya-istoriya-dreva-chast-1-aal-masaef/

Много в этом циклей статей перебрали демонов-королей и даже развенчали парочку королей ложных, которые так названы только в Гоэтии, в реальной жизни будучи кем-то другим. А вот одного из основных демонических королей, правителя Запада Нижних миров, мы как-то упустили. Короля Корсона.  Это будет своеобразное развитие недосказанной истории из моей книги «Лемегетон 2.0: Экзотерика«. Упущение было не намеренное, а по причине острого недостатка информации об этой личности, и скоро вы поймете, почему так произошло.

Во времена создания и оформления Нижних миров, тамошние земли распределялись довольно хаотичным образом, тем более что титулы и иерархии часто приходилось выстраивать заново. В Низы прибыло довольно много «готовых» королей и их наследников, которые уже успели вкусить власти в других местах и на других Древах. Не то чтобы за место под солнцем шла война, но обстановка была напряженная, а Самаэль в эти дела не лез, предоставляя аристократам самим решать, где чей огород. Самолично он усадил на северный престол только короля Зимимара. За Север  никакой особой битвы не было, эти земли требовали слишком много вложений и работ. «Вкусные» восточные занял Амаймон Первый, молодой король Гаап взял себе Юг. А вот за Западный трон был весьма неприятный спор между Баламом и Корсоном.

Корсон, как личность, никогда не отличался мягкостью и приятностью. Он – больше военный и полевой генерал, чем король и управленец, но гордыни и жесткости его хватило бы на десяток королей. И когда дело дошло практически до дуэли, Балам просто вышел из игры, опасаясь за свою жизнь. Запад возглавил Корсон, который тут же начал нагнетать не вполне здоровое соперничество между Великими Королевствами. Изначально ни у кого не было цели сделать у себя всё больше и круче, чем у соседа, но когда сосед вдруг начинает демонстративно делать всё выше и качественнее, то мужское и королевское эго не может не ответить на вызов. И короли, доселе в целом не склонные к «компаративной фаллометрии» достижениями своих земель, постепенно втянулись в игру. На долгие века четыре короля находились если не в состоянии вражды, то в состоянии нездоровой конкуренции точно.

Обособленность сторон света и королевств считалась уже чем-то само собой разумеющимся, будто так и нужно. Короли встречались на официальных приемах, балах и тусовках, могли работать сообща, но никогда не проводили время вместе и не дружили лично. В начале нашей эры, когда погибший Амаймон был заменен на Сателарда, ситуация немного изменилась.

Король Сателард – идеальный управленец и личность, в которой хитрость, тонкость восприятия и харизма доведены до гротеска. Он игру поддерживать не стал из принципа, понимая, что и так ситуация в мирах острая, и если еще и среди своих есть неприязнь и соперничество на ровном месте, то проигрывают, в итоге, все. И начал демонстративно дружить с королем Зимимаром, переехав с крайнего Востока практически на Северо-Запад, поближе к северному королю. Про него даже стала ходить шутка, что он «живет на северо-западе востока». Но финт дал свои плоды – оставшийся король Гаап, личность в целом более-менее мирная, тоже подтянулся к дружбе и теперь уже три короля тусовались вместе. Социофоб Корсон остался в одиночестве и недоумении. Башни повыше уже не помогали, никто не хотел играть в его кубики. А потом Зимимар вообще породнился с Сателардом, Гаап умер, а его место занял молодой и дурной на всю горячую голову ставленник Сателарда король Маррэб. Тусовка демонов-королей стала еще плотнее, границы королевств начали активно стираться – какая разница, где чья песочница, если все друг другу уже родичи и наставники?… И молодежь, включая принца Сиире, сына Корсона, уже стала принимать новые правила игры, принимая теплые отношения с «чужаками» и общие тусовки, как нечто естественное и понятное. Корсон был вынужден втягиваться в новые, чуждые ему правила и реалии, и чем дальше, тем острее нагнеталось его недовольство и жесткое противостояние с родными, особенно дочерью. В замке постоянно вспыхивали скандалы, которые довели королевскую семью до королевского же развода.

В начале прошлого года короля покинула супруга, удрав жить к родне на другое Древо. А 12 июня 2019 года короля Корсона не стало. Вечером того дня он попрощался с детьми и развеялся по собственной воле. И этот поступок и сама его личность уже долгое время вызывают много споров среди инфернов, поскольку огромное количество народу Корсон некогда сильно обидел, а поступки и характер его были настолько странными и малообъяснимыми, что тут впору писать целый детектив… Никто не понимал, почему король постоянно пытается вести со всеми какие-то бессмысленные войны, почему редко пускает в свои владения кого-либо, почему игнорирует мероприятия и с таким параноидальным подозрением относится ко всем и каждому.

Были у короля и совсем уж странные странности поведения, особенно это касалось его дома и всего что вокруг. Например, он построил около своего замка исполинский черный акведук.  Строение настолько бессмысленное, насколько и завораживающее — огромная, совершенно черная стена из  округлых каменных арок в три этажа, которая просто возникла посередине долины, и не вела никуда, воды в ней не было, она ничего не связывала, просто стояла «в чистом поле», как символ чего-то, понятного только самому Корсону… Западный король часто забирался на самый верх своего детища  и проводил там много время, глядя вдаль, распивая горячий чай, даже работал там. Смысл создания этой архитектурной дичи он никому не объяснил, как и свой странный вкус относительно дизайна. Всё внутреннее убранство его замка делалось в трех цветах — черном, белом и серебристо-сером, и исключительно в цветочных мотивах. Километры шелковых черных роз на стенах, неисчислимые «растительные» решетки на лестницах и лифтах, невероятно огромные цветочные панно на потолках. Самый распоследний набалдашник на ножке кровати в каморке был вырезан в виде цветка.  И это черно-белое цветочное марево дворца словно было отражением характера самого короля: мрачное, жесткое, одинокое и хранящее тайну. Что же он хранил?…

Демон Корсон родился ужасающе давно, еще когда мир не был похож на деревья, а царила эпоха Архипелагов. Для того времени не было характерно вертикальное деление частот на верхние и нижние, энергия распределялась по плоскости островов, которые плавали группами в «океане» из Тьмы, населенные различными расами и детьми разных стихий. У каждого типа был свой, центральный остров и живущий там управитель группы, который занимался распределением энергии для своего архипелага и его жителей. Было несколько ключевых точек управления этим миром, и масса пунктов помельче.

Одними из управителей архипелага, который хранил равновесие между Водой и Тьмой, были родители Корсона, это был смешанный брак между инферном и элимом — княгиня Маргьетт и князь Хаардам. Корсон был единственным сыном в семье, которая жила исключительно странно. Во всех смыслах. Семья будущего короля жила на острове, сильно изолированном от остальных и нравы в ней можно назвать идеалистичными на всю голову. Мальчик воспитывался в атмосфере идей какого-то несуществующего, идеального мира, с розовыми пони, вселенским добром и без единой проблемы, которую ему пришлось бы решать. Любимый сын мало общался со сверстниками, а тем более нигде не бывал, черпая информацию о мире со слов родителей и дозволенных ему информационных потоков. Путешествовал он тоже только в безопасные, красивые места. Самое интересное, что никакого логичного бунта и прозрения у него так и не наступило — он искренне ходил в этих розовых очках первых лет 16 своей жизни. Возможно, его родители сами истово верили в то, что говорили, во вселенское добро и то, что мир добр и прекрасен.  Этого мы уже не узнаем. Так или иначе, вся семья витала в облаках, пропагандируя мир, любовь и пончики для всех страждущих.

Семья не нуждалась ни в чем, работу свою они выполняли идеально, поэтому у тогдашнего правительства не было к ним претензий. Мир у них был закрытый и очень мощно укрепленный, просто так к ним попасть не могли, тем более что артефакты, хранившиеся на архипелаге были бесценными и могли, если не сложить всю систему, то подорвать — точно. Важно отметить, что к тому времени уже вовсю назревал раскол всей системы Архипелагов и революция молодежи, которая от хорошей жизни (нет, правда!) требовала менять всё и вся. И открытого доступа для всех и каждого к ресурсам «родины». Семья Корсона, живя на отшибе, что-то смутно слышала о молодых анархистах, но искренне считала, что это где-то далеко и вообще, правительство же мудрое — скоро всё станет хорошо. Иначе просто не бывает! Возможные поползновения в свою сторону они представляли чем-то абсурдным, ну не придет же в этот тихий край армия озверевших анархистов! И, что интересно, армия и правда не пришло, всё сложилось совсем иначе.

Одним солнечным осенним утром, на берегу острова материализовался молоденький демон в потрепанной одежде, очень изможденный и явно нездоровый. Мать Корсона, прибежала на берег и отвела прибившегося в дом, где он, искренне рыдая, рассказал ужасную историю о том, как он пытался противостоять ужасным бунтовщикам, но силы были неравны  и его, бедного-несчастного, выбросило сюда порталом. Он чудом остался жив и не знает, что ему теперь делать и куда идти — он сирота, а его дом уничтожен. Юношу звали Анидалем.  Беднягу приняли как родного, подлечили и постепенно он втянулся в работу на этом своеобразном «маяке», усиленно кивая и блестя влажными от восторга глазами на все рассказы Маргьетт о том, как скоро воцарится мир и всем станет хорошо. Он постоянно говорил о том, как он благодарен за приют, и какие замечательные димуты тут живут, что он впервые увидел тех, кто понимает его взгляды и разделяет любовь к добру… Словом, на всю зиму Корсон обрел старшего брата.

Розовые очки всегда разбиваются стеклами внутрь. В одно прекрасное весеннее утром Анидалем бесследно исчез, прихватив все ключи доступа к потокам и все артефакты, которые обеспечивали стабильность системы этой части архипелагов. Добросердечные наивные любители доброго добра оказались совершенно не готовы к тому, что в мире есть обман, втирание в доверие и хитрые пути доступа в закрытые локации. Никакая армия их штурмовать не стала, однако, их ценный груз оказался в руках бунтовщиков, которые даже не надеялись на такой простой путь как жалость и глупость, но он, однако, сработал.

А через день к семье нагрянуло правительство… Потому что архипелаги начали усиленно рушится, а точка контроля исходила от князей-смотрителей, которые теперь только ошарашено лепетали что-то о приемном сыне и милом юноше, имени которого никто никогда не слышал. Смотрителей арестовали, а 16-летнего Корсона бросили в тюрьму. Последнее, что он увидел, уходя из родного мира, было то, как архипелаг уходит под воду и взрывается.

Вообще, система рушилась так интенсивно, что тогдашние правители впали в панику и горячку, пытаясь обуять невероятный гражданский пожарище, охватывающий всё пёстрое общество. Из-за чего наломали немало дров и горячных решений, в том числе и казнями невиновных. Им казалось, что бунт такого масштаба можно подавить только силой, поэтому к концу этой печальной истории там начались едва ли не репрессии, особенно в отношении инфернов (по многим причинам) и тех, кто хоть самую малость вызывал подозрения. Семье будущего короля не повезло попасть под самую активную раздачу — его родителей долго пытали, надеясь узнать информацию о бунтовщиках, а потом публично казнили. Он не успел ни толком увидеть их, ни попрощаться.

А потом не стало и самого мира. Всё произошло очень внезапно, как взрыв, от которого архипелаги начали просто растворяться, и управителям стало резко не до поиска виноватых — надо было что-то решать с организацией жизни и новой системой, поэтому ошарашенного и изрядно покалеченного пытками Корсона просто выпустили на все 4 стороны в горящий, осыпающийся  осколками мир. Он пытался найти помощи у других, но раз за разом натыкался на безразличие и страх связываться с его расой. Это совершенно подкосило его сознание, упрямо верившее в то, что любой должен помочь ему, попавшему в беду мальчишке.  Идти ему было некуда, сама жизнь и ее существование стояли под большим вопросом, не то что приючение бездомных детишек демонов. Архипелаги пали, началась эпоха Древ Жизни.

Как наш герой выжил — большая загадка. Но Корсон умудрился пережить как создание Единого Древа, так и создание Системы Двенадцати. Он никогда и ничего не говорил об этом периоде своей жизни, известно только то, что он занимался какими-то военными делами и очень поднаторел в ведении войн и жесткой власти. А когда была создана система Древ и раса демонов наконец обрела дом — Нижний мир, Корсон прибыл на Иггдрасиль уже зрелым и мрачным мужчиной, с молчаливой элементалькой Воды по имени Азелинн в качестве королевы и крошечной дочерью по имени Кордэтт. Через некоторое время у них родился младший сын — принц Сиире. Король обрел королевство и стал развивать его так, как его научила этому жизнь. Никому не веря и ничего не прося.

Мы можем много рассуждать о том, что с ним произошло, можем допускать и предполагать, какие страдания и потери он пережил, и какие шокирующие открытия о сущности разных рас он сделал в свое время. Мальчик, выросший на сказках и несуществующих идеалах, столкнувшийся с невероятной жестокостью и болью, реальный мир буквально обрушился ему на голову одним из самых жестоких своих периодов. Можно только увидеть, что вышло в итоге — он был блестящим правителем, державшим свои земли в изобилии, достатке и чистоте, но никогда не допускавшим никого в свой замок. Он был рассудителен и справедлив к подданным, но до хрипоты и истерик орал на своих детей, которые хотели общаться с другими и искренне не понимали, почему отец пресекает любые связи.  Сиире и Кора выросли в атмосфере настоящего кошмара — отрезанности от мира, закрытости и тотального контроля. Корсон не верил никому, кажется, даже даже родным… Он законсервировался и застыл в своей жесткости, сделав ее своим главным доспехом и не понимая, что мир все таки бывает добрым и нужно иногда ему открываться.

А потом… А потом мир начал меняться. Пришли новые короли, пали договора, пали невидимые стены между королевствами, а на

Древе Жизни Иггдрасиле началась ранняя весна. Периода перемен Корсон пережить не смог. Последние недели своей жизни он совсем замкнулся, поник и прекратил попытки вмешиваться в созывание балов и тусовок в своем замке. А потом его не стало. Король пал от своей руки.

Принц Сиире отказался от трона, сказав что не готов к такому бремени и передал право наследия своей сестре. Таким образом, 14 сентября того же года трон Запада Нижних миров обрел королеву — Кордэтт, или просто Кору. Молодая демоница, выросшая в атмосфере жестких запретов и паранойи, сразу пообещала сделать Запад открытым и дружным для всех, навести новые, либеральные порядки и осовременить само общество и его неписанные законы. Ну а перед замком Мигдали Маррав так и остался стоять огромный чернеющий и пустой акведук, который, словно связывает эту красивую зеленую долину с далеким теплым островом, по которому так долго и тяжело скучал его молодой король.

(с) Mylene Maelinhon \ материал maelinhon.org

Большая благодарность за помощь в вычитке мастеру Gemma и Aly Aly.

 

 

 

 

 

 

 

 

Поделится этой записью:
 

    • Это был засланный казачок от повстанцев. Их стало слишком много и по факту никто его уже не стал искать, толку с этого не было.
      А правительство никому уже не верило.

  • Благодарю! Статья великолепная! И невообразимо грустная. Читаешь, и безумно жаль и Корсона, и его детей, выросших в такой обстановке. Думаешь: «ему бы психолога хорошего, вартеллина». А потом вспоминаешь статью о пустотниках и делается еще грустнее…
    Пусть у Коры и её брата все сложится самым прекрасным образом

Оставить комментарий