Волшебное питье

Гримхильд — волшебница из «Саги о Вёльсунгах» дважды подпаивает волшебным питьем забвения, вначале Сигурда — чтоб забыл Брюнхильд, а затем Гудрун — чтоб забыла смерть Сигурда и все свои беды. Вот что сказано о питье, данном Гудрун:

«… это питье было сварено из земной тяги и морской воды и жертвенной крови, и на роге том были начертаны всевозможные руны, окрашенные кровью, как здесь говорится:

Много на роге
рун было разных,
червленых, начерченных,
трудных для чтения:
рыба степи длинная (= змея)
с родины Хаддингов,
жито не сжатое,
жилы оленьи.

Были в той браге
беды и боли,
жженые желуди,
внутренность жертв,
разные корни,
росы огнища,
от хряка печень,
чтоб худа не помнить.
(Вторая песнь о Гудрун, 23-24)»

Как мы видим для изготовления волшебного питья требовались определенного рода, иногда не совсем обычные ингридиенты (даже если оставить в стороне поэтическую вольность сказителей), а на самом сосуде — рунические заклинания. При этом следовало и правильно подать («передать») питье, чтобы тот, на кого собирались воздействовать своими чарами «принял» его.

К теме «волшебного питья» можно прибавить известнейшую историю об Эгиле («Сага об Эгиле»), которого де конунгова жена Гунхильд и Бард — хозяин дома, где Эгиль остановился, хотели отравить. Но Эгиль вырезал на роге руны, окрасил их своей кровью, сказал стих и рог разлетелся вдребезги. В общем-то это рассказ о том, как можно было уберечься от колдовского или отравленного (что по сути — одно) питья.

В этой истории смущает немотивированность этой попытки убийства. Гуннхильд и Альвир видели, что Эгиль много пьет и будто бы Барду стало это обидно. И потому Гуннхильд — а с какой стати жене конунга во все это дело вмешиваться — подмешала яд в брагу, которую подавали Эгилю. После все случившегося Эгиль убил Барда и бежал. Поскольку «Сага об Эгиле» посвящена и прославляет именно его, человека во многих отношениях безусловно замечательного, следует учесть эту тенденциозность. Поскольку мы тут рассматриваем «колдовские» истории, тем более следует отделять более вероятное, от менее вероятного.

Бард не дал Эгилю и его спутникам браги, а поил их кислым молоком и сывороткой. Потом приехал конунг Эйрик с женой и их Бард угощал уже брагой. Пригласили и Эгиля со спутниками. Эгиль обиделся, что ему не дали браги с самого начала, сказал стих и начал тоже пить брагу. Бард угощал гостей брагой в изобилии и многим уже давно было от этого плохо. Так, кажется, что и Эгиль был сильно пьян. (Это вообще своеобразная сюжетная линия — первый раз отец говорит Эгилю, что с пьяным с ним совсем не управиться, когда тому не было и семи лет.) В какой-то момент ему кажется, что злобная Гуннхильд, а про нее говорили, что она колдунья, подмешивает ему яд в брагу. Эгиль режет руку и руны на роге. То, что иногда «заколдованные» вещи способны разлетаться вдруг и вдребезги я наблюдала. Рог мог разлететься и под воздействием физической силы (Эгиль был очень силен), и от того, что он вырезал там руны. После этого Эгиль повел своего приятеля Альвира к выходу. Бард предложил Альвиру выпить, но Эгиль выпил все сам. А затем обнажил меч и убил Барда. После этого убежал. Неудивительно, что конунг Эйрик и его жена Гуннхильд возненавидели Эгиля. Ведь Бард был их большим другом. А вот Эгиль тоже неспроста ссорился с конунговой семьей — и Квельдульв, дед Эгиля, и Торольв — его дядя и Скаллагрим, его отец, все ссорились и воевали с семьей конунга Харальда, чьим потомком был Эйрик Кровавя Секира. Своего рода это был семейный сценарий.

Поделиться:

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *